На что рассчитывает Путин

И что это означает для властей Украины

Да и всех прочих стран тоже

При всей своей бесноватости и непредсказуемости в тактических реакциях на конкретные раздражители, Путин, похоже, имеет достаточно последовательный (в том числе и в своём безумии) стратегический план. В основе которого лежит убеждённость, что формально-правовое положение дел не имеет никакого значения вообще и единственное, что играет роль, это фактическое, чисто силовое влияние.

Нельзя сказать, что в этой концепции совершенно отсутствует рациональное зерно. Проблема с ней не в том, что «на самом деле всё совсем наоборот» — всё отнюдь не совсем наоборот — а в том, что на самом деле всё не совсем так.

Сила, безусловно, побеждает — так было всегда, но и формально-правовой контекст возник не просто как некая красивая, но бессмысленная и бесполезная декорация, а как достаточно развитая система политической коммуникации, позволяющая силовым игрокам заявлять свои намерения и позиции и оценивать такие же заявления других.

В целом, эта система позволяет всем участникам с достаточной степенью достоверности прогнозировать возможные варианты развития событий и заранее избегать тех из них, которые представляются нежелательными, причём нежелательными для всех. В большинстве случаев эта система работает, но иногда она даёт сбои — когда какая-либо из сторон перестаёт всерьёз относиться к этим сигналам, как получаемым, так и посылаемым. Последний такой сбой в мировом масштабе произошёл во второй половине 30-х годов прошлого века.

И то же самое происходит на наших глазах прямо сейчас. Путин очевидно относится ко всей сопутствующей его действиям диломатической ажиотации как к пустой болтовне, а следит только и исключительно за силовыми проявлениями потенциальных участников. И, по большей части, не видит их, делая из этого вывод о правильности своего курса.

На очевидную угрозу силового подавлению крымских титушек Путин мгновенно отреагировал силой же, отправив туда свой переодетый спецназ. И, предвидя возможность силовой реакции на эту очевидную агрессию, продемонстрировал теми же самыми силовыми мерами свою готовность эту агрессию расширить. А сейчас, видя, что Украина «поняла», часть войск отводит.

Для украинских властей это означает, что если они рассчитывают на «дипломатическую поддержку Запада», то это зря. Не в том смысле, что подобной поддержки реально нет, а в том, что Путин её попросту проигнорирует. Он вполе здраво оценивает, что какие бы санкции против России ни ввели, в ближайшей перспективе ущерб от них будет минимальным, а в более долгой — ущерб потерпят обе стороны, а потому их отменят как только читающая новости публика переключится на что-то другое. А это неизбежно, если конфликт перейдёт из острой фазы в хроническую — т.е. в Крыму опять наладится какая-никакая мирная жизнь на фоне которой стороны будут по кругу обвинять друг друга в тех же самых грехах теми же самыми словами и не предпринимать никаких других представляющих интерес для читающей публики действий.

Украина будет считать, что Крым — это её территория, Крым будет заявлять, что он — своя собственная территория, а Путин будет знать, это Крым — его территория, поскольку он может делать там всё, что захочет. А уж каким цветом она на чьей-то карте закрашена — это совершенно не важно.

Иными словами, если Украина будет продолжать в отношении Крыма делать то же самое, что она делает сейчас — т.е. не делать ничего — то она ничего и не получит и Крым у неё фактически отберут. Никакого другого способа вернуть его, кроме силового, в существующей ситуации нет.

Да, возможно, это приведёт к более масштабной и уже открытой агрессии России, возможно даже, к полной оккупации Украины, но если власти в Киеве не готовы к пойти на подобный риск, то с тем же успехом они могут признать независимость Крыма прямо сейчас. С другой стороны, если Россия таки решится на открытую агрессию, это действительно будет уже открытая агрессия, без которой надежды на получение военной помощи со стороны НАТО — беспочвенны.

Для мира же в целом всё сказанное означает, что если Путина не остановить силовым методом, то он не остановится никогда. Его видение мира возникло не на пустом месте, а из наблюдений за происходящими событиями. И он видит перед собой Запад, главным и единственным политическим лозунгом которого стало «лишь бы не было войны». И чем дольше России — «ради сохранения мира» — прощают её «шалости», тем сильнее Путин убеждается в адекватности своего мировоззрения.

Действительно ли Запад готов отдать всё, что угодно, и у США и НАТО нет в реальности никакой чёткой «красной черты», после пересечения которой вместо «слов осуждения» и «выражения озабоченности» в ответ полетят ракеты и посыплются бомбы? Не думаю. Проблема, однако, в том, что, во-первых, Путин, судя по всему, думает иначе. А во-вторых, что когда он её — по недомыслию этому — её таки перейдёт, бомбы, скорее всего, окажутся атомными.

И хорошо бы объяснить Путину его неправоту — единственным способом, который он понимает — пока это ещё можно сделать обычными.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *